Похоже, дело рук простолюдина, мечтающего о ратных подвигах.
Equipment Planner
Choose weapons, armor, and jewelry, then aggregate item stats. V1 does not calculate skill cost, cooldown, DPS, or unconfirmed final build formulas.
Equipment, images, tier, rarity, and stats come from wiki_data.json; classification is not inferred from image or display names.
Обычный тесак мясника, кое-как переделанный неизвестным умельцем в подобие меча.
Сойдёт, чтобы задать взбучку соломенному чучелу.
Этот меч своё отвоевал. Того и гляди, рассыпется в труху.
Им только дрова и колоть.
Чья-то более-менее удачная попытка на скорую руку смастерить подобие боевого топора.
Немало альдорских народных песен сложено под ритм ударов этого топора.
Устрашающие шипы любого заставят пожалеть о необдуманных словах, сказанных в трактирной перепалке.
Неотёсанная дубина для такой же неотёсанной деревенщины.
С ними часто расхаживают стражники: чтобы запугать карманника, большего и не нужно.
В мирное время такими цепами молотят зерно, в военное - отбиваются от мародёров и дезертиров.
Как говорят в народе, кистень - последний довод крестьянина.
Кого-то огреть - можно, но погнётся ещё больше.
Ничем не примечательный молоток, которым можно тут же вытащить неудачно забитый гвоздь.
恨不得能张嘴叫你开工。
Простому народу меч не по карману, а топор или дубину за поясом не спрячешь. Что ещё остаётся честному крестьянину?
Оружие бродяг и оборванцев, самодельное лезвие, обмотанное тряпьём.
Изрядно затупился, но кусок сыра ещё осилит.
Лезвие обычной косы, прикрепленное к деревянной рукоятке: оружие смутных времён.
Наточен настолько остро, что сильный удар может оставить врага без головы.
Неказистое самодельное копьё, которым обычно отгоняют волков, увязавшихся за телегой.
Отлично нанизывает сено и зазевавшихся соперников.
Долуару кличут "топором возницы" - она часто встречается у караванщиков армейских обозов.
Отлично справляется с рубкой деревьев, несколько хуже - с рубкой голов.
Вполне может сойти за оружие, если за порогом разгорается крестьянская война.
Оружие, проверенное тысячелетиями охоты и собирательства.
Серьёзного урона защищённому сопернику не нанести, а вот на пару мгновений вывести из строя - вполне.
Наспех смастерён из подручного инструмента - не может похвастаться ни удобством, ни долговечностью.
Такие луки можно найти у крестьян порисковей: изредка они тайком охотятся в угодьях своего лорда.
Простой деревянный лук, из которого не так-то просто наловчиться метко стрелять.
Научиться стрелять из арбалета куда проще, чем из лука, однако без практики всё равно никуда.
Верная спутница пастуха: ею можно отогнать волка от отары.
Не может похвастаться качеством материалов, но использованные приёмы любопытны.
Предание гласит, что святой Декар однажды одолел лесного тролля подобной пращой.
С таким любая дорога кажется легче.
Этот посох настолько иссох, что уже мало на что годен.
Необычная форма позволяет этим снарядам прошивать лёгкую броню и глубоко вгрызаться в плоть.
Увеличивают шансы неустойчивости, ошеломления и оглушения атак дальнего боя на 1.25х.
地上到处都是。
普普通通的弓箭,可以打猎,也可以打仗。
Созданы прошивать лёгкие доспехи. Впрочем, многие считают, что убойной силы им недостаёт.
Созданы прошивать лёгкие доспехи. Впрочем, многие считают, что убойной силы им недостаёт.
Застревают глубоко в ране, вызывая обильные кровотечения. При этом они массивны и тяжеловаты - да и броню пробивают так себе.
Застревают глубоко в ране, вызывая обильные кровотечения. При этом они массивны и тяжеловаты - да и броню пробивают так себе.
普普通通的弩箭,可以打猎,也可以打仗。
Лезвие меча украшает еле видная от времени дарственная надпись. Сейчас на ней нельзя разобрать ни слова - но Арна и так знает её наизусть.
Своё копьё Хильда смастерила из обломков, вынесенных на берег после кораблекрушения. Её руки помнят каждую царапинку и ложбинку на загрубелом древке.
Количество зарубок внушает гордость или трепет - смотря кто их пересчитывает.
Ведьмин посох насылает страшнейшие порчи - и тем самым поддерживает в хозяйке жизнь.
Дороги - опасны, повороты - непредсказуемы, положиться можно лишь на свой клинок.
Ковка подобных клинков - что-то вроде выпускного экзамена для подмастерий кузнечных цехов.
Стоят на вооружении стражников повыше рангом.
Такие мечи десятками куются в подпольных кузнях подальше от чужих глаз и лишних вопросов.
Способен рассечь разбойничий гамбезон или звериную шкуру - а большего ополчению и не надо.
Можно быстро перехватить поближе к обуху, если враг слишком близко для широкого замаха.
Полезная вещь - им можно и путь расчистить, и хворост нарубить, и освежевать добычу.
Традиционное оружие фьялльских кланов, сначала перенятое пограничной стражей Северных Рубежей, а затем разошедшееся по остальному Альдору.
Дешёвый способ сделать палицу как более устрашающей, так и более убойной.
Среди крестьян такие дубинки зовутся "улитками" - навершие-завиток прибавляет ударной силы.
Уже не самодельная дубина, но ещё не полноценная булава.
Деревенское ополчение собирается, когда помощи ждать неоткуда. В таких случаях оружием становится всё, что попадётся под руку.
Гасило на конце ведёт себя довольно непредсказуемо, поэтому это оружие требует куда большей сноровки, чем может показаться.
Как говорят картёжники, "держи козырь в рукаве, а кинжал - в сапоге".
Само название этого кинжала звучит так, будто кто-то захлебывается кровью.
Охотничий нож, перекованный в кинжал кустарным способом. Таким можно и разделать добычу, и перерезать кому-то глотку.
Не самая удачная, но достойная похвалы попытка выковать настоящий длинный меч.
Этот широкий клинок принято держать сразу двумя руками.
Гроза оленей, волков и кабанов, оружие для охоты на крупную дичь.
К большому неудовольствию рыцарского сословия, удары этого крестьянского оружия в сочленения доспеха часто становятся смертельными.
Научиться прилично орудовать копьём не так уж и сложно, поэтому крестьянские ополчения почти поголовно вооружены именно ими.
Нет на свете такого крестьянского инструмента, который никто не попытался бы переиначить на военный лад.
Такие ухваты незаменимы при ловле беглецов или диких зверей, и потому часто встречаются у охотников за головами.
На лезвия таких алебард идёт не лучшая сталь: для городской стражи сойдут и такие.
И не сосчитать, скольких благородных лордов прикончили этим возмутительно неказистым крестьянским оружием.
Самодельная секира на длинном древке - рабочая лошадка Серой Армии.
От опытного взгляда не укроется, что секира выкована под впечатлением от скадийских бердышей.
Прародитель алебарды, который до сих пор можно встретить у стражников и ополченцев.
Церковники с феодалами то и дело порываются запретить это оружие - уж больно хорошо оно справляется с тяжёлой конницей даже в руках зелёного новобранца.
Если взять отряд крестьян, выдать им таких секир, а затем приставить к ним толкового сержанта, то об них обломает зубы даже куда лучше оснащённый неприятель.
Один удар такой булавой - и враг позабудет даже собственное имя.
Судя по всему, представлял собой обычный молот, пока кузнец не решил утяжелить его и посадить на длинное древко.
Шипованные железные ободы придают дубине опасной увесистости.
Удачным ударом гасила можно размозжить голову врагу в не самом крепком шлеме.
Лешими себя называл отряд идерских повстанцев, десяток лет назад доставивший изрядных хлопот королевской власти. В конце концов всех леших переловили и четвертовали, а вот их цепы прижились.
Тот самый случай, когда всё зависит от стрелка: этот лук почти бесполезен в руках новичка.
До вон того дерева, может, и достанет, а вот попадёт ли в белку на его ветке - зависит уже от стрелка.
Арбалеты отлично зарекомендовали себя на охоте - их точность и убойная сила не оставляют шансов даже крупной дичи.
Поясной крюк облегчает перезарядку, позволяя натягивать тетиву усилием мышц спины, а не одних только рук.
Деревенская стража обычно набирается из крестьян, сызмальства знакомых с луками. А вот горожан куда проще вооружить арбалетами, чем пытаться обучить тяжёлой науке лучников.
Для защиты родного дома все средства хороши.
Традиционное крестьянское оружие для охоты на мелкую дичь. Требовательно и к физической форме, и к выучке.
Вооружить пращами крестьян, не привыкших к боям лицом к лицу, - здравая идея, которая, увы, нечасто приходит в голову их лордам.
Некоторые альдорские знахари по-особому заговаривают посохи - к вящему неудовольствию деревенских священников.
Надёжный спутник в долгих странствиях по святым местам.
По большей части тренировочное оружие - однако размозжить череп зазевавшемуся сопернику можно и им.
Потемневшая от времени ветвь, украшенная странными зарубками. Её вид сразу вызывает смутную тревогу.
Старомодный арбалет, приведённый в порядок с любовью, хоть и на скорую руку. На ложе вырезаны первые слова распространённой иеронитской молитвы.
Некроманты не лишены чувства юмора, пусть и извращённого: многие оскверняют могилы священников, дабы украсить посох их черепами.
Лучше всего подходит для боя в тесном строю.
Ковка таких клинков - рутинная работа гильдейских кузнецов. День за днём, ночь за ночью...
Драки, грабежи, убийства - с этим мечом нет ничего невозможного!
Своеобразное подражание восточным клинкам, появившееся благодаря моде на всё эльфийское.
Говорят, племена Охирских пустошей обрабатывают клинки каким-то особым раствором, из-за чего те почти не требуют ухода.
В Альдоре такие топоры не в ходу, а вот в Скадии они - обычное дело. Молоточек на обухе выручит, если лезвие защербилось.
Убежища, оставленные Предками, полны невыразимых ужасов и баснословных богатств. Лишь самые умелые воины отваживаются спускаться в их заброшенные коридоры.
Бриннский торговый флот невелик, но неплохо оснащён. Эти топоры - обязательное снаряжение каждого моряка на случай нападения пиратов.
Обычное оружие кочевников Охирских пустошей - каждый мужчина племени получает такой после первой битвы.
От умелого воина с подобным топором стоит держаться подальше - с такой лёгкостью он отсекает конечности и головы.
Единственное, в чём дварфы разбираются лучше, чем в грабеже и выпивке, - так это в топорах.
Достаточно лёгкий, чтобы им было удобно сражаться, и достаточно тяжёлый, чтобы проламывать броню и щиты.
Ложится в руку как влитой: самое то для молниеносных ударов по отставшим обозам противника.
Несколько точных ударов - и моргенштерн станет последней звездой, которую враг увидит перед смертью.
Брус - простое, но на удивление убойное оружие. Уж кто-кто, а скадийцы знают толк в булавах.
Главное преимущество перначей? Они не застревают в проломленных черепах и латах.
Шишпаром в Джибее и Маафской империи именуется местная разновидность пернача, отлично пробивающая распространённые на Востоке чешуйчатые доспехи.
Даже тяжело бронированному врагу придётся худо от удара этого молота. А вот против слабо защищённого соперника им биться смысла мало.
Бриннское происхождение выдаёт характерное для юга сочетание многозубого бойка и острого навершия.
Скадийские молоты куются на славу и быстро находят покупателей даже за пределами Скадии.
Может преподнести множество неожиданностей. А вот для кого - зависит уже от мастерства владельца.
Вегементы любят кистени за сочетание простоты в обращении и убойной силы, особенно полезной против нежити.
Круглое навершие и гарда не дают руке соскользнуть и не позволяют кинжалу впиться в плоть слишком глубоко.
Баселарды снискали такую популярность среди знати и простых горожан, что из оружия превратились в обязательный аксессуар.
Никогда не знаешь, когда он может спасти тебе жизнь.
Такой есть у каждого порядочного торговца. Облегчает общение с недовольными покупателями, когда у тех нет численного перевеса.
Уравнивает шансы в бою с хорошо защищённым врагом, за что и любим обычной пехотой.
Опытные солдаты могут рассчитывать на казённое оружие, обычно оплачиваемое из казны их лорда.
Некоторые виды древнего оружия до сих пор куются нистрийскими кузнецами - разве что из стали, а не железа.
Костяк Авангарда, армии Магистрата, состоит из наёмников. Достойное жалованье, обильная выпивка и добротное снаряжение - действенные способы заслужить верность псов войны.
Кромки "бычьего языка" остро затачивают, чтобы при ударе они впивались в плоть, оставляя широкие, плохо заживающие раны.
Со своей задачей - остановить натиск вражеской кавалерии - такие копья справляются превосходно.
Дварфы Фьялла редко берут копья в бой - они считаются охотничьим оружием, недостойным настоящей битвы.
Брандистоки - оружие не самое распространённое. Изредка ими вооружают сержантов дорожной стражи.
Алебарда полюбилась альдорской пехоте за разносторонность: возможность наносить и рубящие, и колющие удары многого стоит.
Говорят, альдорские кузнецы подсмотрели это причудливое оружие у выходцев с Бронзовых Островов.
Этот полэкс облегчили кузнецы Совета для удешевления ковки.
С таким топором способен управиться только воистину двужильный воин.
Скадийские бердыши быстро полюбились дварфам Фьялла, а благодаря фьялльским наёмникам-варангам это оружие в своё время распространилось и по Нистре.
Многочисленные острия на клинке вульжа служат нескольким целям: перехватить удар, стащить всадника с лошади или добить раненого.
Часто встречается у скадийской конницы, хотя изобрели его не скадийцы: наконечники они подсмотрели у поледи - племени с побережья Хладного моря.
Многим не хочется этого признавать, но всё же альдорцы переняли у дварфов парочку вещей. Например, такие секиры.
Если доспех оказался крепче пернача, на помощь приходит точный удар остриём в шею.
Может сломать челюсть одним только названием.
От её ударов стоит держаться подальше: они не только дробят кости, но и оставляют колотые раны.
Большая часть Колпаков, самых фанатичных последователей Нира, - выходцы из крестьян, а потому неудивительно, что вооружены они в основном тяжёлыми цепами.
От прямого попадания литого гасила не поздоровится даже латнику.
Чтобы стать хорошим стрелком, луку нужно учиться с раннего детства - поэтому в альдорских деревнях зря времени не теряют.
Не сказать, что у дварфов луки в большом почёте. Обычно ими вооружаются юноши, ещё не доросшие до боёв на передовой.
Обычно тис идёт на изготовление длинных луков, но изредка из него делают и луки попроще.
Первая встреча с ярымадскими конными лучниками обычно становится последней: верхом они стреляют ещё лучше, чем спешившись.
Хвастливая альдорская поговорка гласит: пока в стране есть хотя бы десяток длинных луков, она останется непокорённой.
Самый распространённый арбалет по обе стороны конфликта: им с одинаковым удовольствием пользуются как солдаты Совета, так и наёмники Магистрата.
Солдаты маэнского гарнизона всегда ценили простоту, лёгкость и удобство.
Кранекин - хитроумный механизм, сделавший арбалеты ещё смертоноснее. За титул изобретателя борется по меньшей мере десяток инженеров и мастеров со всего Альдора.
Рычажный арбалет заряжается гораздо удобнее и не теряет в убойной силе.
Легки и смертоносны - сгодятся для стычек с деревенской стражей.
Оружие на случай разведки боем.
Пустоши Охира богаты лишь песком и камнем - но обитающим там племенам хватает и этого.
Для знати, подавлявшей восстание в Идерсе десяток лет назад, убойность древковых пращ стала неожиданным и крайне неприятным открытием.
Осада застала Бринн врасплох, и вскоре защитники обнаружили, что запасов стрел не хватит надолго. Выход нашёлся быстро: наделать пращ для солдат гарнизона.
Посохи альдорских монахов благословлены Сонмом и облегчают тяготы ежедневного труда и затяжной дороги.
Набалдашник в виде головы морского левиафана вырезан так искусно, что ещё немного - и он начнёт изрыгать пламя.
Умеючи, тяжёлым набалдашником этого посоха можно хорошенько отходить не самого расторопного разбойника.
В рядах вегементов немало чародеев, решивших обратить знания и навыки на пользу простого народа.
Пережив Академию и несколько первых сражений, маги обычно обзаводятся такими посохами.
На вычурном навершии выгравирован герб очередного рода, не пережившего войну.
За обладание таким мечом и приходящим с ним титулом во Фьялле разражаются целые войны.
У местной знати существует древний обычай обмена такими кинжалами. Как правило, в спину.
Похвастаться немыслимым богатством можно и не пуская пыль в глаза: например, ношением такого изящного кинжала.
Этот меч побывал на множестве передовых и пережил немало жарких битв.
Сконферт славится плавильнями и умелыми кузнецами. Во времена больших войн именно там ковались победы.
Новомодный меч, весьма полюбившийся наёмникам Магистрата.
Лёгок, прочен, отлично сидит в руке и способен поставить на место зарвавшегося рыцаря.
Некоторые аристократы предпочитают такие сабли альдорским мечам - несмотря на кривые взгляды подданных.
Такой топорик выхватывают из-за пояса, когда одним мечом уже не обойтись.
Любимое оружие корсаров Бронзового архипелага, незаменимое в абордажных схватках.
Отряд хороших инженеров может предрешить исход осады. Поэтому их стараются беречь, да и вооружают соответствующе: стычки в туннелях под стенами не так уж редки.
Частая забава вольных рот - подсунуть такой топор новобранцу во время муштры и ухахатываться от того, как он с ним мучается.
За последние пару десятилетий альдорские бронники совершили настоящий прорыв в ковке тяжёлых лат. Такие топоры - попытка что-то этому противопоставить.
Надёжное оружие, не требующее особых навыков и тщательного ухода, за что оно и полюбилось солдатам.
Дружина Старшего Князя не отступает даже перед лицом неминуемой смерти. Самые отважные воины удостаиваются высшей чести - наградного оружия от самого Князя.
За такие деньги лучше булавы не найти: простая, удобная и крайне смертоносная.
После покорения Ярымада маафами вожди кочевников поднесли свои боздоганы завоевателям - и новое оружие неожиданно пришлось тем по душе.
Пехота, вооружённая тяжёлыми молотами, - иногда единственное, что можно противопоставить спешившимся рыцарям.
Изначально сделанный скорее в шутку, этот молот пришёлся по нраву многим и в итоге широко прижился.
Излюбленное оружие горных разбойников-цейнешей. Во время войн те обычно спускаются с гор, чтобы предложить услуги тому, кто готов хорошо заплатить.
Совладать сразу с двумя билами может только многоопытный боец.
По рыцарскому этикету избавить поверженного соперника от страданий можно лишь таким кинжалом.
На юге Ахьята эти кинжалы вручаются каждому свободному юноше, достигшему совершеннолетия.
Некоторые дуэлянты достигли такого мастерства в обращении с кинжалами, что наловчились парировать и контратаковать даже удары мечей.
Верный способ отличить опытного солдата от новобранца: у ветерана есть оружие на случай, если поединок перерастает в потасовку на земле.
Как любят шутить наёмники, чем длиннее меч - тем короче враги.
Добротный меч из добротной стали, лишённый ненужных изысков.
Изначально были в ходу лишь среди знати Фирнских предгорий, однако позднее распространились по всему Альдору.
Поединок на двуручных мечах - настоящее искусство, где скорость реакции и точность движений важны ничуть не меньше грубой силы.
Любимое оружие сержантов Магистрата. Стоит недёшево... но оно того стоит.
Дальний родственник годентага, выкованный умелым кузнецом.
Один известный альдорский военачальник любил говаривать, что войны ведутся рыцарями, а выигрываются копьями. Примерно такими.
Просто поразительно, насколько изобретательными становятся люди, когда речь заходит об убийстве себе подобных.
Алебарды изначально были оружием наёмников, так что неудивительно, что они так прижилась в армии Магистрата, наполовину состоящей из вольных рот.
Часто украшаются разноцветными лентами - помогает держаться своих в пылу сражения.
Одинаково хорошо прорубает как пластинчатые доспехи маафской конницы, так и панцири нистрийских катафрактариев.
Полэксы распространились по Альдору незадолго до войны - как ответ на появление всё более тяжёлых доспехов.
После того как альдорское воинство было разбито нистрийской конницей под Тернистым холмом, ополченцы из Идерса сделали выводы и начали приделывать к секирам крюки.
Несмотря на сходство с копьём, глефа плохо подходит для колющих ударов: по сути, это широкий клинок на длинном древке.
Вряд ли найдётся доспех, который нельзя прорубить прямым ударом такого топора.
Ярымадские кочевники спешиваются лишь в крайних случаях - и тогда в ход идут такие топоры: они неплохо зарекомендовали себя против тяжёлой маафской пехоты.
Навершие выковано так, чтобы одинаково быстро расправляться и с бронированными, и со слабозащищёнными противниками.
Многочисленные войны с Альдором оставили отпечаток на военном деле нистрийцев - им пришлось приспосабливаться к засилью латников в рядах врага.
Среди наёмников Магистрата встречаются почти так же часто, как и алебарды.
Такие молоты нахваливают за удобство и разносторонность как ветераны Совета, так и Магистрата.
Мало какой шлем или кираса устоят перед тройным клювом подобного молота.
Иногда чем проще, тем лучше. Эта кувалда - лучшее тому подтверждение.
Двуручный цеп - оружие не самое популярное. Оно и немудрено: достаточной силой, опытом и сноровкой похвастается далеко не каждый.
Опытный стрелок, вооружённый подобным луком, может в одиночку остановить наступление отряда лёгкой пехоты.
За фирнами закрепилась слава не только великолепных стрелков, но и талантливых мастеров: конструкции их луков до сих пор в ходу.
Изводить противника стремительными манёврами и постоянными обстрелами издалека - излюбленная тактика нистрийской лёгкой пехоты.
Нистрийские цейнеши - одни из лучших конных лучников на Континенте, сравнимые разве что с кочевниками Охира и Ярымада.
О секретах изготовления этих знаменитых длинных луков известно немного - в Идерсе живут не самые разговорчивые люди.
В своё время лорд Бродвин дер Разен перевооружил войско арбалетами такой конструкции, после чего его примеру последовали и другие военачальники Совета.
Кранекин здесь куда совершеннее, что делает перезарядку ещё удобнее.
Несколько месяцев регулярной практики - и мускулам позавидуют даже ярмарочные силачи.
Не все вольные роты отправляются на передовую - некоторые нанимаются для охраны обозов и прочих вспомогательных задач.
Противнику, измотанному множеством мелких стычек, сложнее одержать верх в главной битве.
Солдат, для которого праща не в новинку, по смертоносности может посоперничать с опытным лучником или арбалетчиком.
Посохи, несущие печать Сонма, - главное доказательство богоизбранности клира.
Несмотря на массивный вид, этот стальной посох необычайно лёгок и к тому же восприимчив к магии.
Далёкая Скадия славится могущественными чародеями-волхвами. Этот посох, должно быть, проделал долгий путь...
Долгое время маэнская Академия была кузницей боевых магов для королевского воинства. Увы, со смертью короля и появлением Серой Армии она переживает далеко не лучшие времена.
Иной раз на заклинания не остаётся времени, и боевому магу приходится постоять за себя в ближнем бою.
Этот посох сделан из почти несокрушимой горной породы... но при этом весит куда легче деревянного.
Любимая прибаутка криомантов - говорить, что от этого посоха кровь стынет в жилах. Последний раз над этой шуткой смеялись лет эдак сто назад.
Только не пытайтесь выковырять зачарованный аметист из набалдашника, если вам не хочется провести остаток жизни где-то за пределами этого мироздания.
От сферы-набалдашника исходит нестерпимый жар, которым, что парадоксально, нельзя обжечься... до поры до времени.
Злопыхатели из Круга Пиромантов в своё время распустили слух, что основатель Круга Электромантов Фрид Коннокен погиб, опрометчиво опустив такой посох в уличную лужу.
Астроманты утверждают, будто этот посох с поразительной точностью моделирует движение нашей... как они её называют? Ах да - "планеты".
Ладонь на навершии странным образом привлекает внимание... Просто глаз не оторвать.
В умелых руках может сделать смертельным даже самый слабый яд.
Во времена Светозарных войн многие благородные лорды с радостью присоединились к войску короля Этберта. Некоторые - чтобы заслужить благословение Сонма, другие - ради мирской славы и новых богатств.
Меч из личного арсенала самого короля Этберта. Видимо, не самый любимый, раз его не отправили в гробницу вслед за монархом.
Выкованный великими мастерами в стародавние времена, этот меч всё ещё несёт на себе благословение Сонма.
Когда-то такими клинками были вооружены телохранители короля Этберта. После смерти монарха несколько мечей были украдены из королевского арсенала.
Этому мечу не меньше пяти столетий, однако он поразительным образом ничуть не затупился.
Золочёная гарда, тонко украшенная сложным восточным орнаментом - настоящее произведение искусства.
На лезвии выгравирована надпись на сентийском диалекте альдорского: "Гиллю Корде за отвагу и мужество, проявленные им и его отрядом в битве у Арнема."
О воинской доблести и неутомимости легендарного конунга Хаакона Седобородого сложены целые саги. Под его командованием дварфам, пусть и ненадолго, удалось завоевать несколько скадийских городов.
Табары - символ маафов, воинского сословия Ахьятской империи. Даже знати запрещено носить их без особого разрешения.
Удачная попытка богато украсить топор, не навредив его боевым качествам.
Альдорская знать долго смотрела на топоры свысока. Моду на них как символ власти ввёл не кто иной, как покойный король Этберт.
Знать Совета надеялась на быструю и лёгкую победу - и просчиталась. Потому некогда баронское оружие теперь и кочует из рук в руки.
В Скадии булавы пользуются особым уважением. Ими не гнушаются даже знатные военачальники, хотя эта - скорее церемониальное оружие.
Гази именовались добровольцы, присоединившиеся к священной войне Яхонтовых царств после вторжения короля Этберта. Среди них было немало и весьма знатных эльфов...
Видно, что мастер ковал эту булаву долго и кропотливо, вложив в работу душу. Заказавший её феодал явно не был стеснён в средствах.
Времена, когда булавы считались оружием крестьянства, давно прошли, и этот молот, украшенный позолотой и конским волосом, - лучшее тому доказательство.
Настоящее произведение искусства - любой ценитель оружия отдал бы немало, чтобы заполучить его в коллекцию.
Герб на рукояти не оставляет никаких сомнений: этот необычный кинжал некогда принадлежал самому Орро Денье, дюку Бронцы.
На лезвии выгравировано посвящение некоему Идриху Йоргу из Альдвинна.
Мастера клинка сражаются в первых рядах за двойное жалованье - и всегда готовы доказать, что достойны каждой выплаченной им кроны.
Рукоятка этого меча с головой выдаёт бриннских оружейников с их страстью к изящным, но вычурным украшениям.
Несмотря на строгую изоляцию, некоторые товары Бронзовых Островов контрабандой ввозятся в Альдор. Среди них часто оказываются всевозможные мечи: что-что, а в оружейном деле местные мастера весьма поднаторели.
Безликие, дворцовая гвардия Великого Яхонта, считаются лучшими воинами эльфийских царств. В ходе Светозарных войн именно авангард Безликих отбросил армию короля Этберта.
Светозарные войны для многих стали возможностью выставить напоказ благочестие: знать не жалела денег, украшая оружие и доспехи символами Сонма.
Кастельерами называлась бронцийская ветвь Ордена Тройственной Длани, прославившаяся непримиримой борьбой с пиратством и воздвижением неприступных крепостей, за что и получила название.
Вероятно, некогда принадлежали сентийскому патрицию, увлекавшемуся оружейными традициями Бронзовых островов.
Знаменитый бриннский оружейник Этьен Морель за свою жизнь создал множество шедевров, и эта вычурная алебарда - один из них. Увы, жизнь мастера оборвалась достаточно рано: он сгорел заживо в своей мастерской во время осады Бринна.
Говорят, в самом сердце пустыни между Хаззуном и Аль-Казой находится загадочный Лабиринт, охраняемый безмолвными воинами. Что хранится внутри - тайна за семью печатями: пока никому не удавалось выбраться оттуда живым и в здравом рассудке.
Тиснение Гильдии на клинке выдаёт заказ высокопоставленного магистратского военачальника.
Секира - необычный выбор парадного оружия. Судя по отделке, бывший владелец отдал за неё хорошие деньги.
Пусть утончённая позолота не смущает вас: навершие ломает черепа и кости ничуть не хуже обычных булав.
Такими молотами герцог Арно ди Берро наградил капитанов роты Соколиных Перьев за героизм при обороне Северных ворот.
Традиционное оружие Королевских Бронеломов - известного гвардейского отряда, ныне состоящего на службе Совета.
В своё время этот цеп был символом выдающейся силы и безукоризненной выучки маршалов Ордена Тройственной Длани.
На вид не меньше тысячи лет: поразительно, как он ещё не сгнил.
Награда за Альдвиннский турнир 407 года. Сиру Тибальту дер Вальду тогда удалось впечатлить самого короля, поразив в яблочко пять движущихся мишеней всего за минуту.
Пустыны Ахьята жестоки, непредсказуемы и полны опасностей. К счастью, стража песков, сопровождающая караваны, умеет с ними справляться, будь то разбойничьи отряды кочевников, или что похуже...
Вероятно, создан по заказу состоятельного королевского стрелка, получившего надел за долгую и верную службу.
Любое оружие можно превратить в произведение искусства. В наш век без излишеств - никуда!
Хороший королевский ловчий определяется тремя вещами: у короля всегда есть на что поохотиться, он никогда не остаётся без добычи и возвращается целым и невредимым.
Незадолго до кончины король Этберт распорядился создать подразделение гвардейских стрелков. За дело взялись лучшие альдвиннские мастера, но до смерти монарха успели закончить лишь несколько десятков арбалетов.
Для знати праща - скорее игрушка, чем полноценное оружие, но умением обращаться с ней можно блеснуть на турнире.
Легендарный храмовник Теобранд родился и вырос в бедной пастушеской семье. Он с детства мастерски владел пращей, но продолжил совершенствовать навык и после вступления в Орден.
Попытки скрестить иеронистское учение с эльфийскими ритуалами дали Альдору несколько видных святых с даром заглядывать в будущее - однако большая часть клира отвергла этот путь как несовместимый с церковными традициями.
Когда-то за вепрем на навершии шли неисчислимые фаланги суровых воинов.
Каспер Штерн, легендарный чародей и ментор маэнской Академии, жил около сотни лет назад и был весьма разносторонним человеком. Конрад II Железнорукий был о нём настолько высокого мнения, что доверил ему возглавить часть собственной армии - неслыханная вещь!
"Звездочётами" в армии короля Этберта называли эльфийских оракулов, присоединившихся к армии Яхонта во время Светозарных войн. Поражение альдорского воинства многие приписывают именно им - как победить тех, кто заранее видит исход каждого сражения?
Старцы-отшельники - давние покровители Альдора, о которых известно ничтожно мало. Говорят, будто за последние годы многие из них сгинули без следа.
Этот посох наполняет воздух вокруг тяжёлым запахом застоявшейся крови.
И всё-таки эльфы знают толк в тонких ремёслах: видно, что мастер хорошо потрудился над этим великолепно украшенным посохом.
По одному лишь виду этого благородного клинка становится ясно, что далеко не каждый его достоин.
На лезвии слова клятвы верности Сонму и престолу... обычному престолу.
Командиры наиболее известных отрядов наёмников предпочитают именно такие мечи: идеальный баланс боевых качеств, удобства и внешнего вида.
Половина легенд о далёком Джибее так или иначе упоминает знаменитые джибейские ятаганы. В Альдоре они стоят целое состояние.
Впервые выкованный каким-то альдвиннским кузнецом, этот топор быстро распространился среди местного рыцарства.
Ранговое оружие капитанов бриннского гарнизона. Видели бы вы, с каким важным видом они расхаживают с ними по улочкам!
Многовековая традиция пленения вражеских рыцарей вместо убийства постепенно уходит в прошлое: вот и дворянское оружие становится всё смертоноснее.
Наследие тех времён, когда мастерству дварфов-кузнецов завидовал весь Континент.
Ни один доспех не устоит под ударами его чудовищно тяжёлого лезвия.
Такими топорами удобно сражаться верхом - альдорские рыцари частенько выезжают на бой именно с ними.
Есть два вида альдвиннских кузнецов: одни делают самые тяжёлые и прочные доспехи в Альдоре, другие - оружие, способное их прорубить.
Один меткий удар такой с размаха способен выбить дух из замешкавшегося врага.
Немногочисленное червенийское дворянство веками соперничало с остальной знатью Нистры. Неповторимый стиль в одеяниях и вооружении - очередной способ напомнить о своей культуре.
Рыцари - требовательные заказчики: они ожидают от оружия как отличных боевых качеств, так и изящного внешнего вида. Отсюда и замысловатые формы навершия и рукоятки.
В Альдоре не так много мастеров, способных выковать подобную булаву - разве что альдвиннские оружейники.
Для капитанов наёмничьих отрядов боевые молоты - скорее регалии. Впрочем, от этого они не становятся менее грозным оружием.
Единственным благородным оружием в Альдоре традиционно считались мечи - однако в последние годы знать всё охотнее осваивает молоты и булавы.
Некоторое время оружейники крупных городов Альдора вовсю соревновались в том, кто создаст самый причудливый молот. Этот явно среди победителей.
Кистени считаются оружием простолюдинов, однако иногда ими вооружаются и знатные лорды. Подобные "благородные" кистени делаются на совесть.
Рисковое оружие для тех, кто твёрдо знает, что делает.
Эльфийские кистени - оружие скорее церемониальное, показывающее статус самых искусных воинов. Поэтому на их отделку не скупятся.
Кажущееся единство Джибея, Ахьята и прочих государств Яхонта - всего лишь мираж. На деле каждое из них - мозаика множества племён, ханств и эмиратов, где местные царьки обладают почти неограниченной властью.
Хотя грандмастер и был высочайшим рангом Ордена Тройственной Длани, их оружие всегда украшалось весьма скромно - чтобы не нарушать обет нестяжательства.
Лёгкий и изящный - как сонет, читаемый над могилой заклятого врага.
Одним из указов король Этберт запретил вассалам враждовать между собой. В итоге многие споры стали решаться через посредников - вроде наёмных убийц.
На Бронзовых Островах любые разногласия решаются поединком. Подобные кинжалы - ответ на это веяние времени.
После разгрома Совета под стенами Бринна многие патриции обзавелись такими кинжалами, чтобы хоть в чём-то походить на герцога ди Берро, принёсшего победу Магистрату.
Мог принадлежать как мелкому барону, так и какому-то герцогу - среди знати не принято экономить на личном арсенале.
Волнистое лезвие фламберга наносит настолько ужасные раны, что всё чаще раздаются призывы вовсе запретить это оружие.
Формально считается не мечом, а всего лишь очень большим ножом: однако кого это волнует кроме коллекционеров?
Для капитанов наёмников длинный меч не только оружие, но и показатель ранга и опыта. Некоторые не жалеют денег, дабы выделиться.
Ничего лишнего: сила этого двуручника - в его безупречной простоте и отличном балансе.
Очередной пример подхода Бронзовых Островов, где внешний вид ценится ничуть не меньше боевых качеств.
Пижонскими выступами на краях копья можно запросто заблокировать удар не самого расторопного мечника.
В отличие от обычных вил, острия спетума направлены в разные стороны, чтобы легче перехватывать вражеские удары.
Алебардщики делятся на два вида: любящих колоть и предпочитающих рубить. Эта алебарда подойдёт тем, кто ещё не определился.
Лезвие алебарды отдалённо напоминает хвост скорпиона и жалит ничуть не менее болезненно - за что та и получила такое название.
Альдорские рыцари с трудом принимают любые нововведения, но многочисленные достоинства полэкса могут переубедить кого угодно.
Капитанский полэкс виден издалека - это и точка сбора, и воодушевляющий символ того, что рота продолжает сражаться.
Утяжелённая разновидность идерской секиры: традиционный крюк заменён изгибом на носке топора.
Скадийский бердыш - оружие статусное: владеть им имеют право лишь самые славные из воинов - витязи да княжеские дружинники.
Родом из окрестностей Форхолта, где некогда стояло на вооружении конной стражи. Вопреки названию, куда ближе к бердышу, нежели к жезлу.
Хоть и выглядит угрожающе, в настоящем бою пользоваться ею неудобно.
В эльфийских землях боевые секиры - оружие редкое. Народы Яхонта, у которых они в ходу, можно пересчитать по пальцам одной руки.
Для воинов, предпочитающих, чтобы каждый удар был наповал.
Не так давно молоты стали популярным оружием на рыцарских турнирах.
Строй воинов с такими молотами - сила, с которой приходится считаться даже тяжёлой кавалерии. Особенно тяжёлой кавалерии.
Далеко ушёл от прародительницы - обычной кирки.
Эльфы называют такие молоты "бычий рог" за форму острия на обратном конце.
Отношение к этому совершенно нерыцарскому оружию изменилось с подачи авторов трактатов, живописавших достоинства тренировок с цепами.
На поля сражений двуручный цеп перекочевал с ристалищ - хотя встретить его в руках благородного лорда всё равно редкость.
Его убойной силы хватает, чтобы выбить из седла рыцаря на полном скаку.
Изогнутая форма этого лука позволяет посылать стрелы куда дальше и точнее - но к отдаче придётся приноровиться.
И не сосчитать, сколько нистрийских командиров, знаменосцев и магов навсегда остались в альдорской земле во время Нистрийских войн. Потому и альдорских лучников они в плен не брали.
Вольная рота Сокола - одно из самых известных подразделений армии Магистрата. Их арбалеты бриннские мастера делали по подобию эльфийских самострелов.
Такие арбалеты отлично справляются с отстрелом осадных мастеров даже на внушительных дистанциях.
Убойная сила арбалета так велика, что рассказывают, будто им убивали солдат, укрывшихся за мантелетом.
Гарнизон цитадели, вооружённый такими арбалетами, может несколько месяцев оттягивать на себя целое войско.
"Назойлив, как сентийский пращник" - эта поговорка времён войн за объединение Альдора всё ещё в ходу на западе королевства.
Среди дварфов Фьялла пращи пользуются куда большим почётом, чем луки - их не чураются даже опытные воины.
Традиция обучать юношей метанию из пращи сохранилась у благородных фирнских родов и по сей день.
Попасть в ряды Плетущих Чары могут лишь лучшие из лучших - даже видные менторы Академии далеко не всегда удостаиваются приглашения.
Поединки на посохах - частая дисциплина при подготовке фехтовальщиков, и некоторые настолько в ней преуспели, что не чураются использовать посохи и в настоящих битвах.
Видный посох для видного мага: с такой позолотой магии точно будет где разгуляться.
Храмовники Ордена сочетали рыцарскую выправку и мастерское владение магией с непрерывным познанием Сонма в надежде на дар тауматургии.
Навершие этого зачарованного посоха восприимчиво ко всем видам магии.